Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
17:17 

Бабушкин Шкаф.

Плетущий Сказки
Сказка, дело серьезное.
Трюмо и Пуфик.

Бабушкин шкаф не был чем-то особенным в этом доме. Поскольку бабушку очень любили, то и шкаф был хоть немного, но причастен к этой большой семье.
Он был как старый дряхлый пес, который постоянно попадается под ноги, но его не выгоняют, а извиняются, гладят и идут по своим делам дальше. Сначала шкаф поставили в прихожей, но там все бились об него в темноте, а по утрам подслеповатый дедушка вечно принимал его за дворецкого и пытался получить свою чашечку чая. Тогда его переставили в гостевую комнату, но там ему было жарко, и он открывал свои дверцы. Согласитесь очень неприятно просыпаться от того, что дверцы шкафа сами собой с тихим скрипом открывались ночью. Ну не мог же он открывать их днем, это было бы неприлично. Он вообще был очень стеснительным шкафом, поэтому открыть его дверцы могли только очень родные ему люди. Дедушка или папа.
Поэтому из гостевой его поставили в кухню. Но там он так напугался большой и жаркой печи, что упал и долго хворал в сарае. Но пришел дедушка и вылечил его, вставив новые доски и отполировав.
- Что мне с тобой делать-то? - вздохнул дедушка.
Шкаф тоже вздохнул. Он очень не любил быть ненужным. Дедушка погладил его по гладкой дверце:
- Ничего, не грусти, мой дружочек. Что-нибудь придумаем.
И шкаф успокоился. Раз дедушка сказал, что придумает, значит, придумает. Дедушка сдержал свое слово. И шкаф поставили на самое почетное место в кладовой. Ему там очень понравилось. В кладовой вкусно пахло медом и рассолом. В шкаф сложили чистое полотно и поставили баночки с крупами. Как он гордился! Теперь к нему приходили часто, и мыли, и убирали. А когда на шесть его верхних полок сложили совершенно необходимые ненужности, жизнь его стала такой полной и интересной, какой никогда не была ранее.

Все знают о нужных ненужностях. Это вещи, которые нужны как правило раз в году. Рождественская мишура, ключ для консервирования, белые веточки флёрдоранжа, мешочек с песком, чтобы греть ухо, и коробка со старыми открытками.
Вот в эту коробку и пришел паук. Он пришел, когда шкаф спал, поэтому, когда тот проснулся, паук уже развешивал свои занавесочки, и выгонять его было как-то не культурно. Не выгоняют же гостей, когда они ведут себя прилично.
Паука звали Кошмарик. Он носил красивый колпачок из кружев и был волшебником на все руки. Или ноги. Все зависело от того, что ему надо было делать.
Кошмарика не обижали, ведь он плел свои занавесочки только в укромных местах, да и мух на веранде поубавилось, поэтому все были довольны. Особенно был доволен шкаф. Ведь Кошмарик был очень внимательным слушателем и часто мотал свои веретенца, пока шкаф рассказывал ему о бабушке.

Потом дедушка принес Липушу. Ее слегка придушил нервный фокстерьер, которому показалась, что Липуша на него косо посмотрела. Ну не была же она виновата, что правый глаз у нее действительно немного косил. Крыска сначала всего боялась, но потом освоилась и шныряла по всему дому. Она ничего не грызла, потому что дедушка сделал для нее в дверях дырки как для кошки. Только поменьше.
Липуша спала в деревянной шкатулочке из-под чая на второй полке, а мисочка ее была из воскресного набора розеток, фарфоровая и расписаная хвойными веточками. Мама насыпала туда зернышки и ставила на полу в кухне. И к концу дня Липуша все съедала без остатка.
Липуша рассказывала шкафу о том, что делается в доме. Она прибегала вечером, тщательно умывала свою мордочку и чистила задней лапкой ушки. Потом она забиралась на первую полку и начинала рассказывать, что произошло за этот день в доме, а происходило в доме очень много чего, поскольку в нем жили - Дедушка, Папа, Мама, Дядя, Тетя, Троюродный племянник Дальних Знакомых, Старшая дочка Сита и еще шесть детей колибром поменьше. Поэтому с самого утра в нем царили шум и невообразимая суматоха. Что-то падало, кого-то звали, мимо кладовки постоянно проносились дробью чьи-то маленькие ножки, а за стеной, на веранде, Мама громко выговаривала горничной за то, что фартуки девочек недостаточно отутюжены.
К тому же, как минимум, раз на дню, дети ловили Липушу. А это оборачивалось настоящим землетрясением с серьезными последствиями. Правда, дедушка всегда склеивал потом эти последствия рыбным клеем, поэтому Мама не замечала разбитых ваз и отколотых углов рам.
Липуша не очень любила эти забеги, но была горда тем, что находилась в такой прекрасной форме, что еще ни разу не попалась.
Однажды Липуша прибежала раньше и поскребла шкаф сразу двумя лапками. Шкаф проснулся и вопросительно скрипнул:
- Трюмо поссорилось с пуфиком, - сообщила Липуша и пошевелила носиком.
Это было не очень хорошо. Трюмо стояло в комнате Ситы, а она была молодой и привлекательной девушкой, к тому же по уши влюбленной в Племянника Дальних Знакомых. Многие скажут: «Ну и что же тут такого?» Но Шкаф знал, что грустное Трюмо уже не сможет отражать Ситу как раньше, и девушка может расстроится.
- А что говорит Пуфик? - спросил Шкаф.
- Ничего не говорит. Только вздыхает и откатывается, - ответила Липуша. А паук Кошмарик покачал головой и стал плести новую занавесочку.
- Надо спросить Трюмо, что случилось.
- Хорошо.
И Липуша шмыгнула в свою дверцу в двери.
Шкаф прекрасно знал, как влияют порой вещи на судьбы людей, и совсем не хотел грусти и печали своей семье. Ведь разозленная лампа может устроить пожар, а печальное зеркало убедить даже самую прекрасную девушку что она гадкий уродец. Липуша прибежала довольно скоро, юркнув в дверцу за секунду до того, как ее бы схватила маленькая, пухлая ручка. Дверь кладовой подергали, но убедившись в том, что та крепко заперта, ушли восвояси.
- Трюмо считает, что Пуфик ее не ценит. А Пуфик считает, что Трюмо слишком возносится передним, а ведь не будь его, Пуфика, то никто и не стал бы долго рассиживаться перед такой гордячкой.
- Как всегда, поругались из-за ничего.
- Да, - крыска почесала бочок и села на своей банке, аккуратно свернув хвост вокруг тушки.
- Липуша, - скрипнул Шкаф, - надо попросить Маму сделать генеральную уборку. Справишься?
- Конечно! - крыска пискнула от предвкушения и залезла в свою коробочку спать.

На следующее утро, после завтрака, Липуша появилась в классной и села на пороге, деловито вычесывая свою шкурку. Дети разом бросили свои занятия и уставились на нее, совершенно не обращая внимания на Учителя. Липуша стремительно, как это умеют только крысы, прошмыгнула сквозь класс и уселась около кафедры, принюхиваясь. Выждав пару секунд, она без разбега запрыгнула на парту старшего мальчика. Ну тут уж не выдержал бы даже Святой! И Мальчик, и его сестренки и братишки, считая даже самого маленького, кинулись ловить Липушу, раздвигая и роняя парты. Чернильницы раскатывались в разные стороны, оставляя после себя голубые озера чернил, тетради сминались, расшнуровывались и плавали в этих озерах кораблями. Липуша скакала чертом, увиливая и выскальзывая из шести пар рук, а также из седьмых - рассерженного Учителя, в чьи руки ей хотелось попасть меньше всего.
Набедокурив достаточно в классной, Липуша выбежала в холл. Дети перепачканные в чернилах, побежали за ней, оставляя чернильные следы на белоснежном полу. Учитель выбежал вслед за ними, стараясь бежать чинно - ведь он был Учитель - и громко призывая детей к порядку. Дети не призывались. Они разнесли, так же как и холлгостиную, будуар, Маленькую Комнату в Тонкую Полосочку, Папину кабинетку (не кабинет, кабинет Папа крепко запирал, так маленькая комната, где приятно полежать на софе и послушать, как Мама поет), опрокинули вазоны на веранде и сбили с ног кухарку, которая несла кастрюльку с пуншем на пробу... Пунш последним эффектным мазком, разлился под ноги Маме, которая как раз вернулась с верховой прогулки.
Липуша, взобралась по шлейфу маминой антрацитово-черной амазонки и села на плече.
«Здравствуй, Липуша,» - сказала Мама, которая, хоть и была истинной леди, но не страдала многочисленными предрассудками насчет крыс. Потом Мама, улыбаясь, повернулась к детям - и улыбка испарилась с ее красивого лица.
Вы не подумайте, Мама была очень хорошей и любила своих детей. Но она также любила и свой большой красивый дом и очень расстраивалась, когда ее любимые дети обижали ее любимый дом. Тем более, что в этот раз все получилось и с самом деле чересчур.
Липуша тоже расстроилась, что так получилось, но надо было помирить Трюмо с Пуфиком, поэтому пришлось принести эти необходимые жертвы.
Липуша проехалась на Маме до маминой спальни и ждала ее там на туалетном столике, пока горничная помогала своей Госпоже переодеться. А потом нырнула в карман ее хрустящего фартука, чтобы проследить, что Пуфик и Трюмо точно помирятся.
Крыска прекрасно знала, что если набедокурить на первом этаже, то Мама не ограничиться уборкой только внизу. Уборка это вообще очень затягивающая вещь, если ты любишь порядок. Вроде собирался только собрать игрушки по комнате, а в итоге собрал игрушки, убрал вещи в шкаф, проветрил и взбил подушки. Вот так и Мама сначала организовала приборку на первом этаже, а потом поднялась на второй и третий. Горничные и Дворецкий (которого Дедушка звал Патрик, Папа с Мамой мистер Патрик, а все остальные Дядюшка Пат) бегали взад и вперед с ведрами, метелками, перинами, чистым бельем, покрывалами, новыми грелками, салфетками, гардинами и ковриками. Липуша каталась в Мамином карманчике и с восхищением думала, что создать такой по масштабам переполох ей еще не под силу.

Во всех спальнях подняли стулья и убрали кресла в коридор, чтобы вымыть полы. В Комнате Ситы Пуфик бесцеремонно перевернули коротенькими ножками наверх и поставили на крепкое и массивное трюмо.
Липуша выскользнула из кармашка и съехала по Маминой юбке на пол, как будто бы скатилась по шелковой горке.
Сначала и Трюмо и Пуфик молчали. Потом Трюмо кашлянула и сказала:
- Сегодня какая-то необыкновенная суета вокруг, не находите? - Трюмо, конечно же не хотела разговаривать с Пуфиком, но раз уж они волей-неволей оказались в такой близости, то молчать было еще более неловко, чем говорить. Пуфик сначала буркнул что-то невразумительное, потом вспомнил о своих манерах и ответил:
- Да, сегодня оживленно, - Пуфику было очень неудобно стоять на Трюмо, да еще и вверх ногами. Но Трюмо была очень хорошо воспитана, поэтому не подавала виду, что ей неловко.
- Я никогда раньше не думала, что у вас такая мягкая и приятная обивка. В меру жесткая и равномерная, - Трюмо просто хотела сказать что-нибудь приятное собеседнику, но поняла, чтос казала совершенную правду.
Пуфик даже онемел от восторга! Он втайне очень гордился своей обивкой, а, главное, начинкой из двадцати меленьких пружинок и наилучшего конского волоса. Сидеть на нем было очень приятно. Тем более, что его совсем недавно перетянули новеньким гобеленом веселой расцветки.
- Вы так находите? - робко переспросил он.
- Да, - ответила Трюмо и смутилась.
Пуфик теперь страшно раскаивался, что недавно так нагрубил ей. А ведь она всего лишь сказала, что с ее точки зрения все выглядит несколько иначе. И правда, зеркала были высокими, и комната отражалась в них совсем под разными углами и ракурсами. И конечно же она видела вещи совсем по-другому, нежели Пуфик. Ему было очень стыдно, и Трюмо своим женским чутьем поняла это:
- Мы давече повздорили... - начала она.
- Ах, я так раскаиваюсь! Наговорил вам столько резкостей! - поспешно сказал Пуфик, он мог быть очень милым, если хотел.
- Мы просто не поняли друг друга, - сказала Трюмо. - Давайте мириться.
- Конечно! Простите меня великодушно!
- Ну не стоит право...
Они бы еще и дальше расшаркивались друг перед другом, но горничная домыла пол и сняла Пуфик, поставив его всеми тремя ножками на чистый, как стеклышко, паркет.

Липуша удовлетворенно кивнула и убежала восвояси. Спать на своей полке, ведь она так устала за сегодня .
А счастливое Трюмо с вымытыми зеркалами так отразила в этот вечер Ситу, так нежно и так заботливо, что она показалась себе красивой, как ангел и, спустившись к столу, заразила этим всех остальных домочатцев, и каждый сказал ей, какая она сегодня премиленькая. А Мама улыбалась, глядя на Племянника Дальних Знакомых, и под конец вечера, когда Племянник Дальних Знакомых играл на пианино, а Сита пела, сказала Папе: «Скоро в этом доме будет свадьба.»
Шкаф слышал все это от камеристки Мамы, она забежала в кладовку поболтать с кухаркой. А еще через несколько недель в него положили шесть метров лучшего белого шелку и тонкую, как паутинка Кошмарика, фату в красивой серебряной картонке. Шкаф был очень доволен!

Вредный Комод.

В доме в этот августовский день царила суматоха еще большая, чем обычно. Кладовую не запирали, и Шкаф уже утомился открывать и закрывать свои дверцы. Он даже вспотел от напряжения, и Липуша обмахивала его листиком капусты.
Кошмарика не было видно с самого утра, он ушел помогать Маме украшать букеты. Ведь роса выглядит так красиво на паутинках.
Шкаф видел, как мимо него проносили серебряную посуду и тонкие крамчатые скатерти. Дворецкий Пат заходил в кладовую раз пятнадцать, потому что нужно было взять из шкафа флёрдоранж и белые свадебные ленты, но его каждый раз окликали, стоило ему перенести ногу за высокий порог.
Шкаф каждый раз заботливо приоткрывал дверцы, но Дворецкий Пат разворачивался и стремительно покидал кладовку. Шкаф вздыхал, хоть и улыбался всеми своими двенадцатью полками. Липуша качала головой, суета была просто непереносима.
Вдруг, из глубины дома, раздался отчаянный крик! Шкаф подпрыгнул, и все, что стояло внутри него, глухо стукнулось о полки.
- Беги, беги скорей! - попросил он крыску. - Узнай же, что случилось!
Липуша уже бежала со всех лапок, уворачиваясь от ног, которым сейчас в доме было еще больше, чем обычно. В спальне Ситы вокруг безутешной невесты хлопотали Мама и Тетя.
- Я точно помню, что ложила его сюда! - Сита плакала, и ее прелестное личико исказила душевная боль. - Бабушкино кольцо!.. Оно пропало! Я же не могу идти под венец, без бабушкиного кольца...
Сита зарыдала с новой силой. Если бы она не была так расстроена, то наверняка обратила бы внимание на комод, где хранила свою шкатулку с драгоценностями. Комод был доволен. Надо отметить, это был на редкость противный комод. Его на беду сделали из кедра, и он считал себя благороднейшим отпрыском мебельной индустрии. Купили его совсем недавно, и он был так заносчив, что не общался с остальной мебелью спальни, иначе наверняка бы узнал о существовании столетнего шкафа из темного тика, что несомненно сбило бы его спесь.
Надо вам сказать, что мебель, как и некоторые люди, не всегда осознает свое предназначение. Комод в душе был скорее статуей. Он хотел, чтобы им любовались. Любовались, а не трогали руками! Когда к нему прикасались, Комод просто тускнел он гнева! На нем оставались отпечатки измазанных кольдкремом рук, проливались вазы и просыпалась пудра. Терпеть этот беспредел было совершенно невозможно.
Комод сначала объявил бойкот и наотрез отказался открывать свои блестящие ящики. Но Сита позвала Дедушку, тот развинтил заднюю стенку (Комод чуть не высох от стыда) и залил пазы ящиков маслом. Теперь они открывались по одному движению пальчиков Ситы. А иногда и без ее участия, к великому смущению Комода. С этого времени Комод мечтал отомстить.
Сита наплакалась до икоты, Комод перерыли весь сверху донизу, а потом с низа до верха, но кольцо Бабушки бесследно исчезло. Коробочка малиновой замши была, а кольца и след простыл.
Липуша подбежала к Комоду и встала на задние лапки:
- Здравствуйте.
Комод не сразу и услышал Липушу, а когда услышал, страшно надулся от важности и не соизволил ответить. Но Липуша была крыской хоть и воспитанной, но простой, поэтому не поняла его отношения:
- Вы не могли бы оказать мне любезность. Не знаю в курсе вы или нет, но у Ситы потерялось кольцо. Она, конечно, милая девушка, но очень рассеянная, вы не помните случайно, куда она положила его в последний раз?
Комод был, конечно, вредной мебелью, но и только. Врать он не хотел. Поэтому просто промолчал.
Липуша поскребла озабоченно за ушком. Раньше она никогда не встречала молчаливой обстановки. Но, поскольку не привыкла уходить ни с чем, решила подступится к нему еще раз, на этот раз совершенно с другого боку:
- Понимаете, - сказала она, присев на задние лапки и тщательно намывая свою мордочку, - внизу стоит очень Мудрый Шкаф. Ему целых сто лет. Он очень любит этих людей и послал меня узнать, что случилось.
- Что случилось, то случилось, - буркнул Комод и замолчал, потому что ему стало страшно стыдно за свой поступок.
Липуша подождала еще немножко, но поняв, что Комод больше не желает продолжать общение с ней, развернулась и убежала вниз.
Шкаф очень сильно волновался. Он сразу понял, что произошло что-то серьезное. Поскольку сначала все стихло, а потом все забегали с новой силой.
В кладовую зашел Дедушка и, открыв дверки в Шкафу, стал переставлять бесцельно на его полках картонки. Туда же забежала Мама в красивом платье винного атласа: «Ах, папенька, ну разве она могла его туда положить? Ну, придумаете, в самом деле!»
Дедушка смутился и поспешно вышел. После этого и Мама попереставляла картонки, как бы в надежде найти неведанную пропажу. И не найдя, удалилась. После Мамы к Шкафу наведались и Папа, и Дядя , и Тетя, и Невеста с Женихом, и шесть детей колибром поменьше. От чехарды перемещений внутри, Шкафу даже стало нехорошо.
- Кольцо!!! - крикнула Липуша, перепрыгнув порожек и приземляясь на ворох оберточной бумаги, которую кто-то уронил в спешке. - Кольцо потеряли!!! Бабушкино!
- Какой ужас! - огорчился Шкаф. Он прекрасно помнил то кольцо с тяжелым зеленым камнем, которое Бабушка не снимала даже на ночь. И правда, некоторое время после того, как Бабушки не стало, кольцо лежало в Шкафу, но потом в дом пришла Мама, а после венчальное кольцо семьи перешло к Сите.
- Комод как-то странно ведет себя, - сказала Липуша. - У меня есть подозрение, что он причастен к несчастью Ситы.
- Липуша, кольцо пахло невкусным металлом и немного пудрой. Может, ты сможешь учуять его?
- Ну... нюх у меня не так остер, как у фокстерьра, но я постараюсь.
Они были совершенно правы. Комод каким-то образом смог закатить кольцо в одно из углублений в боку. Получилось это скорее случайно, нежели специально, но он же мог сказать об этом Липуше? Но, как уже говорилось выше, это был вредный Комод.
Сита уже успокоилась, хоть и была печальна сверх меры. Они с Мамой выбирали замену бесценной пропаже:
- Я первое, что помню, это это кольцо на твоем пальце, - тихо сказала Сита.
- Ну что поделаешь, ангел мой! Жалко, конечно, но ведь сегодня такой светлый день, неужели это может его испортить?
Сита промолчала, но всякому, глядя на ее лицо, было понятно, что день для нее стал мрачнее ночи.
Липуша вбежала в комнату и стала водить своим трогательным носиком.
- Вот, смотри, даже Липуша пришла тебе утешить, - сказала Мама.
Сита протянула к крыске руку. Липуша пришла, конечно, совсем не за тем, но прыгнула в протянутую ладошку с удовольствием. Сита почесала ее холеным ноготком за ушком и поднесла к Комоду. Тут-то Липуша и учуяла запах невкусного железа.
Не слезая с ладони Ситы, Липуша уперлась лапками в полированный бок и запустила в кедр свои длинные и острые зубы.
- Липуша, нельзя! - вскрикнула Сита.
- Подожди, - сказала мудрая Мама, - Липуша никогда не будет грызть что-то без толку.
И Сита не стала мешать, Липуша же миллиметр за миллиметром вгрызалась в твердое дерево.
Комод страдал. Страдал молчаливо, как кот, которого застали над пустой крынкой. Крыска прогрызла внушительную дыру, но достать кольцо не смогла. Тогда она задрала мордочку к потолку и позвала:
- Кошмарик!!! Помоги, Кошмарик!
Паук примчался со скоростью своих восьми ног. Он свил гибкое лассо и запустил в дыру, сотворенную зубами крыски. Все затаили дыхание, серебристая паутина туго натянулась, и вскоре кольцо, размером чуть больше Кошмарика, заиграло своим бесценным изумрудом. И в ответ ему засияла улыбка на лице Ситы:
- Милые мои! Липуша, Кошмарик, что бы я без вас делала?
Кошмарик застеснялся и быстренько убежал на потолок. А Липуша была обласкана и посажена в сумочку Невесты.
Это было очень хорошо, поскольку в сумочке помещались носовой платок и Липуша ровно настолько, чтобы видеть все, что происходило вокруг.
А вокруг было столько интересного! Блестящий экипаж, украшенный пунцовыми перьями. Изящные ландо с гостями, оркестр на ступеньках церкви (не кто-нибудь, а Старшая дочка Папы замуж выходит). А в церкви был орган, и Липуша не знала на что смотреть - то ли на нарядных, как ягодки, гостей, то ли закутанную в нежный шелк Ситу, которая плыла в нем, точно облачко.
От священника, правда она спряталась. Поскольку побаивалось его немного. Падре походил на упитанного кота.
А потом были поздравление и праздничный стол и, главное, рассказы о том, как она и Кошмарик нашли Бабушкино кольцо. А стол был такой большой, и за ним сидели все самые близкие, самые любимые. И Папа с Мамой, такие счастливые, как будто бы они снова давали обещание другдругу, быть вместе. И румяные, как яблочки, дети - нарядные и чистые, словно игрушечки. Тетя с Дядей, так удачно шутившие, в особенности, Дядя, так франтовато подкрутивший свои усы и организовавший в саду почти безопасный фейерверк. Почти - это потому, что загорелся только старый павильон. Но он так красиво горел, что его решили не тушить.
Все это Липуша рассказала Шкафу уже вечером следующего дня, когда Дедушка нашел ее спящей на столе и отнес в кладовку.
Для полноты картины надо еще сказать, что Комод тоже обрел счастье в этой жизни. Его вынесли на место сгоревшего павильона, разбили клумбу и посадили в его ящики махровые цветы. Больше никто не трогал его руками, а только любовались.


Новое Рождение Шкафа и не только.

Пришла зима. Много что изменилось за этот год в Доме. Перемены были не плохими и не хорошими. Они просто происходили. Например, младших мальчиков отдали в кадетский корпус, оставив только самого маленького. А девочки уехали учиться в пансион Далекого монастыря.
Дом стал заметно тише. Сита перестала бегать, и в ней появилась легкость светской львицы. Племянник Дальних Знакомых стал просто Мишелем и очень нравился Липуше тем, что всегда разрешал ей сидеть в своей удобной фуражке. Мама то ли решила не выделяться к зиме, то ли у нее были свои причины , но цвет волос у нее сменился с черных на серебристый. Что сделало ее еще более хорошенькой и изысканной. Розовые кусты укутали сеткой и душистым лапником, приготовив их к трехмесячной дреме. В подвал насыпали довольно угля, а около крыльца прописался ящик с песком, выкрашенный красивой синей краской.
Шкаф вместил в себя довольно баночек с малиновым и персиковым конфитюром, кульков с орехами и сухофруктами. Потолок же в кладовой украсился вязанками золотистого лука , алебастрового-белого чеснока и пучками плодов шиповника. Шкаф делился с Кошмариком, что со стороны людей было очень мило украсить его жилище. Ковры ждали первого снега. А окна замолчали крепко запертые и готовые к атакам сурового зимнего ветра.
Дедушка сдал в ремонт большие напольные часы и очень скучал по ним, опасаясь, что их не смогут вылечить от паутинной хандры до того, как дорогу в долину занесет снегом.
Все это рассказывала Шкафу Липуша. Правда, прибегала она теперь к нему совсем редко, потому что недавно у нее появились хорошенькие детки, и в Маминой корзинке для вязания теперь копошилось три маленьких Липуши и один Липушенок. Они были не больше фасоли - слепые, голенькие и очень капризные. Конечно же, они доставляли Липуше столько забот и хлопот, что на праздное беганье по дому почти совсем не оставалось времени.
Теперь Шкаф коротал дни с Кошмариком, который плел теплые зимние салфеточки и слушал его рассказы. Кошмарик, как вы заметили, не слишком часто влипал в истории, ведь он был Добрым Волшебником и вел себя настолько вежливо и обходительно, что его никто не замечал. Больше всего на свете Кошмарик любил вязать и думать. А Шкаф не мешал ему делать ни первое, ни второе, к тому же создавал пауку приятную компанию.
И вот однажды Дворецкий Пат отпер кладовую, и два дюжих работника внесли много тяжелых ящиков с припасами, восковыми и сальными свечами.
- Завтра выпадет снег, - сказал мудрый Шкаф.
И правда, на следующее утро из каких-то приблудных тучек посыпались холодные лепестки, и запел в свои серебряные флейты стылый Норд-Ост.
Дом задымил своими печами и каминами, превращаясь под слоем льда и снега в нарядную елочную безделку. Часы так и не привезли, и теперь Дедушка, сидя в гостиной, сам себе тикал для разнообразия. Мама и Сита сидели в будуаре, раскладывая пасьянсы и любуясь на Липушу с ее пищащими Крысками. А Папа и Мишель увлеклись зимней охотой, проводя все дни на склонах, возвращаясь, когда стемнело, с пустыми сумками, но веселые и азартные: «Такие следы видели, завтра точно повезет!». Дворецкий Пат, не спеша, начищал Главный серебряный сервиз к Рождеству. Прислуга сидела в людской, и всем, казалось, не было никакого дела до одного Маленького Мальчика, которому между тем было невыносимо грустно.
Нет, про него никто не забывал. Мама пела ему красивые песенки, а Сита честно играла за черное Оловянное Войско. Но ему было так тоскливо без шума и гомона своих братьев и сестричек, что Мальчик таял как свечка. Раньше в детской было так весело, игрушки отнимались друг у друга, и были потасовки на кочерге и каминных щипцах, а какие споры были перед сном, когда выбиралась Сказка! Просто дух захватывало!
А какие забеги за Липушей они устраивали... Теперь Липуша степенно ходила на кухню, да и Маленькому Мальчику совестно было гоняться за ней, ведь Липуша выглядела страшно измотанной. В детской было полно игрушек и книжек, но разве интересно играть одному, когда привык играть в большой и дружной компании?
Вот и бродил Маленький Мальчик по дому, как тень, то прикладываясь кудрявой головкой к плечу Дедушки, то терпеливо помогая Маме разматывать большие клубки шерсти в угоду Липушиным Копушатам.
Мальчика звали Александр, как Великого Полководца. А еще так звали Дедушку. Мама, конечно же, все видела, что происходит с ее маленьким сыночком и очень переживала. Они пошушукались с Дедушкой, и тот заперся на два дня в сарае. А на утро третьего дня у кроватки Александра стояли очень легкие и ладные ореховые саночки.
Теперь поутру Папа и Мишель отправлялись на охоту, а Александр и Александр-Дедушка на горку.
Снег хрустел и сердился когда его топтали. Алмазный блеск слепил глаза, а горка сверкала в лучах неяркого зимнего солнышка. И сначала верхушка холма убегала от Александра, а потом он бежал к верхушке, заливисто хохоча. Накатавшись, как говорил дедушка, «до икоты», они возвращались в теплый дом и, пока Дедушка снимал в передней свою лохматую волчью шубу, его очки запотевали, и он называл то Патрика Александром, то Александра Патриком. Мальчика это страшно веселило.
Потом он бежал на кухню, и Кухарка наливала ему большой стакан подогретого молока, а после пускала в кладовку, где он мог сесть на мешок муки и таскать с нижней полочки Шкафа сушеные вишни. Мальчик прижимался к его темному тиковому боку и слушал шуршанье Кошмарика где-то под потолком.
Шкафу очень нравился этот Мальчик. Он мог часами водить пальцем по его узорам, и хоть он и молчал почти все время, но Шкаф-то понимал, что Мальчик ему рассказывает:
- А на улице холодно и кажется, что все умерло. И цветы, и трава ,и деревья...
- Это неправда. Они просто уснули, Мальчик мой.
- Днем еще не страшно, но ночью, когда начинают выть звери... Тебе ведь их слышно?
- Пусть поют. Когда ж им петь-то еще? Днем ты бегаешь и кричишь, и Папа с ружьем ходит.
- А разве они поют? Какие у них странные песни.
- Ты, когда только родился, то разговаривал с взрослыми на своем языке, взрослые говорили, что ты кричишь. А ведь это было совсем не так.
- А я скоро стану Дядей. Это значит, что теперь мой Дядя перестанет быть собой?
- Нет. Просто он твой Дядя, а ты будешь Дядей для маленького. Маленький Дядя, это ведь гораздо лучше, чем никакого, правда?
- Правда.

Так дни текли за днями. Приближалось Рождество, и под него-то как раз и произошла история, заставившая Шкаф преобразиться до неузнаваемости.

Это еще не было даже начало Рождества, а дух его уже витал по всему дому. Александр вбегал в гостиную и подолгу смотрел в тот угол, где должна была вскорости вырасти ель. Из чего, правда, она вырастала, Александр не знал, но да не это было главное.
Липушены детки подросли и вовсю резвились в Старом Сапоге Мишеля, отданного им на растерзание. Крысята росли шаловливыми и очень забавными. Но такими же воспитанными, как и их матушка - не грызли, что попало. По правде сказать, у них и зубов-то еще не было. Липуша шла на кухню к мисочке, а за ней цветной чередой семенили на коротеньких и нетвердых лапках беленькая Ли, рыженькая Пу, черненькая Ша и черно-бело-серо-рыжий Липушонок. Выглядела эта процессия настолько уморительно, что все смеялись до слез.
Александр старался не пугать крысят и не двигался, когда те забирались к нему на руки и плечи. Они были такими крошечными и хрупкими, что мальчик опасался брать их в руки, так как не хотел причинить им вред.
Сита теперь подолгу сидела в гостиной с Дедушкой и шила кукольные вещи. Александр удивлялся, ведь Сита уже большая Леди, а собирается наряжать какую-то неведанную куклу. Ведь ни на одну из кукол в детской эти рубашечки не подходили, уж он-то проверял. Но, поразмыслив, он решил, что эту куклу, наверное, принесет Дед Мороз.
Вечером одного дня в черный вход Дома постучали. Все удивились этому стуку. Александр, который задремал на мешке с мукой, проснулся и, протерев глаза, вышел на кухню. В людской слышались незнакомые голоса.
Это фирма из Города прислала Дедушкины часы. Привезли их на мулах. Завернутые в шесть слоев соломы. Радости Дедушки не было предела, учитывая, что на утро повалил такой снег и завыла такая вьюга, что об обратной дороге рабочих не могло быть и речи.
Шкафу грузчики сильно не понравились. Александру тоже. Рабочие были грубы и невоспитанны. Но пока дома были Папа и Мишель, вели себя тихо и примерно. Кладовку теперь не открывали, и Александр снова оставался в детской почти один.
Дедушка радовался часам, как ребенок. Шкаф тоже был доволен, ведь его и Часы покупали в одном магазине, значит, они были в какой-то степени родственниками.
Все радовались за Дедушку, и подготовка к празднику шла своим чередом.
Дом был завален снегом почти по первый этаж, и Александру разрешили кататься на санках прямо с балкона. Но это удавалась делать редко, поскольку погода разбушевалась не на шутку, и все больше Александр проводил время с Мамой и Ситой. Так было безопаснее. Не то, чтобы Грузчики пытались обидеть его, просто присутствие Чужих людей в Доме настораживало живое воображение Мальчика.
В такой буран единственное развлечением было играть с крысятами, но они быстро уставали и укладывались спать. Александр тоже пытался спать так же часто, но потом решил, что так он выспится на всю жизнь, а ночью не спать было страшно.
В одну из таких ночей, когда он отоспался днем, уснуть не удалось совершенно. Он вертелся в своей аккуратной кроватке, укладываясь то так, то эдак, и даже немного поплакал. Но потом вспомнил, что его назвали в честь Великого Полководца и Дедушки. Александр не знал, как там дела в Полководцев со слезами, а вот Дедушка не плакал никогда, как бы грустно ему не было. Тогда он решил сделать так как делал Дедушка - он отвлекал себя разными делами.
Сначала Александр решил попинать стенку. Но делом это назвать было сложно, поскольку Дело это такой процесс, который приводит к определенному результату. Пропинать толстую каменную кладку, обшитую деревом, Александр не мог, да и какой же это был результат? Сплошное вредительство. Тогда он встал с постельки и, ступая маленькими ножками по холодному полу, вышел из спальни.
Для начала он прошел до спальни Папы и Мамы, это было Дело «Посмотреть на Маму». Результатом этого дела оказались ключи от кладовой. Александру вдруг очень захотелось посмотреть на Шкаф. Особенно на его нижнюю полку, где лежал начатый мешочек с чищенным миндалем.
Вниз было спускаться страшно. Ветер трепал дом и шуршал снегом в трубах. Ножки зябли. Но Александр шумно втянул носом воздух и стал осторожно спускаться в холл.
В кухне было так тепло, что Александр сразу же согрелся. У очага в глиняном горшке топилось молоко, а чуть подальше из белого алюминиевого таза «убегало» тесто на хлеба. Александр погрозил ему пальчиком и пошел твердой походкой к кладовке.
Шкаф очень удивился, когда дверь тихо открылась, и на пороге появился Маленький Мальчик.
- Что случилось?
- Я не мог уснуть. Можно мне посидеть с тобой? - Маленький Мальчик подошел к нему, и Шкаф открыл дверцу с той стороны, где лежал полотняный мешочек с орехами.
- Конечно, можно. Угощайся.
Александр сел на мешок с мукой, который слежался в форме удобного креслица, и положил мешочек себе на колени:
- Ты очень похож на Бабушку, - вдруг сказал Шкаф.
- Я знаю. У меня тоже черные волосы. Ее портрет висит в гостиной. Она там в таком смешном наряде, но при этом очень серьезная.
- Это только кажется, что она серьезная. На самом деле, она всегда говорила шутливо, и вокруг все улыбались и смеялись. У тебя тоже такое личико, и в глазах прыгают чертики.
- Ой! Правда?
- Правда, посмотри в зеркало, когда будешь умываться. Но для этого надо все-таки лечь спать.
- Я ложусь, но верчусь, верчусь и сон убегает.
- А ты ляг в позу, как будто бы бежишь. Одна нога согнута, а вторая прямая, и очень быстро догонишь сон.
Александр дожевал последнюю горсточку орехов и положил совсем легкий мешочек на место:
- Я постараюсь.
И вышел из кладовой. Шкаф прикрыл поплотнее дверцы и было задремал, но его разбудили чужие и тяжелые шаги.
В кладовку вошли два Грузчика и стали тихо, но быстро шарить по углам и ящикам. Шкаф был просто возмущен их наглостью! Он-то не знал, конечно, что Грузчики были недалекими людьми, иначе они бы не пошли искать деньги в продуктовой кладовой, но Шкаф знал, что в кладовой Дворецкий Патрик хранил очень дорогую вазу для пунша. Она была из темного золота и не лезла ни в один буфет, поэтому ее и хранили обернутой в упаковочную бумагу. «Ладно, - пытался успокоиться Шкаф, - все равно она только всем мешает, пусть берут.»
Вазу нашли достаточно быстро. Глаза грабителей загорелись хищным блеском. Вдруг один заговорил:
- Послушай-ка, ведь дом высоко в горах, до весны сюда никто не сунется. Мы можем получить гораздо больше, если убьем этих людей. Нагрузим мулов добром, и пусть наш Хозяин идет к Чертовой бабушке! - и говорящий достал из голенища сапога острый изогнутый нож.

Шкаф закричал бы, если б только мог! Но он был только Шкафом, пусть и из очень дорогого, но сейчас такого бесполезного дерева:
- Кошмарик! - позвал Шкаф в панике. - Милый Кошмарик, помоги!
Паук свесился из своего гамака и сразу понял, что дело нечисто:
- Что сделать?
- Хоть что нибудь! Только скорее!
Кошмарик заволновался:
- Я так давно не колдовал...
- Скорее, они уже уходят!
И Кошмарик стал плести и кидать на Шкаф паутинки, быстро-быстро. И паутинки эти таяли золотистым светом, и Шкаф вдруг почувствовал, что может двигаться! Не просто чуть шевелить дверцами, а переступать всеми четырьмя ножками.
И он обрушился, как лавина, на спины Злодеев! Придавливая их своим весом, грохоча и рыча!
Удар был сокрушительным. От него содрогнулся весь дом и зазвенели стекла. Все домочадцы проснулись и повскакивали с постелей. Дедушка выскочил с заряженным ружьем и, сверкая ковровыми тапочками, побежал на звук. В кухне он столкнулся с прислугой, вооружившейся чем попало, от сковородок до кочерги, и все вместе они вошли в кладовую.
На полу, среди обломков Шкафа, лежали два несостоявшихся грабителя, все усыпанные осколками банок и прочим, что хранилось в Шкафу.
Злодеев связали и посадили в подпол, а Дедушка еще долго стоял над обломками шкафа и, качая головой, приговаривал: «Ай-яй-яй».
Шкаф был счастлив. Ему было очень больно. Гораздо больнее, чем тогда, когда он испугался плиты. Но он смог спасти Свою семью. Это было главным. Поэтому он лежал в сарае и тихо засыпал, и с каждым часом его сон становился все глубже.

Перед самым Рождеством погода прояснилась, и Папа уехал с несколькими слугами в Город, с собой они забрали и Носильщиков. В Городе они сдали их полиции, и тех посадили за крепкую решетку. Александр очень переживал за Шкаф, он приходил к нему в сарай и гладил своими маленькими ручками. Мама и Сита же были очень напуганы, и теперь ночью всегда оставался сторож, что было очень разумно.
Папа привез большую и пушистую ель, подарки и платья, а так же новости:
- Те двое были беглыми каторжниками. Удивительно, как нам удалось избежать гибели. Дедушка, я был не прав сказав, что Старый Шкаф бесполезен.
Дедушка Александр вздохнул и облокотился на каминную полку:
- Боюсь, сейчас он бесполезнее некуда. Все переломано, и даже я не смогу вернуть ему прежнюю жизнь.
- Дедушка, - робко спросил Александр, ведь он был вежливым мальчиком и знал, что вмешиваться в разговоры старших нехорошо. - А можно сделать не Шкаф а что-нибудь поменьше? Ведь осталось же несколько крепких досок?
Дедушка посмотрел на внука и посветлел лицом:
- Ай да умница! Внучек-золотая твоя голова! - и крепко поцеловал его в раскрасневшееся от удовольствие личико.
Дедушка надолго заперся в сарае и на первое утро Рождества, Сита развернула большой сверток, в котором оказалась изумительной красоты тиковая колыбелька.
Александр радостно засмеялся.

Шкаф приходил в себя медленно. Ему было хорошо и непривычно. Он стоял в непривычно большой комнате, обтянутой светло-золотистым шелком, а возле него стоял Александр:
- Смотри, это мой племянник. Он, правда, еще совсем маленький, но ведь и Липушата были такие же маленькие и лысые. И все время спали.
- Кто положил ребенка на полку? - первым делом озаботился Шкаф.
- Не бойся, он не упадет. Теперь у тебя одна полка, зато с высокими бортиками.
Младенчик завернутый в нежный батист заворочался и пискнул. Шкаф машинально качнулся от звука и понял, что теперь может двигаться и без колдовства Кошмарика. Правда, он мог лишь качаться из стороны в сторону, но ему это очень понравилось.
А за окном уже распускала нежные побеги весна. Воздух был таким густым от ароматов, что его можно было резать ножом и намазывать на сдобу к чаю. Шкаф еще никогда так не путешествовал по дому, как в эту весну. Его ставили и на балконе, и на веранде, и в гостиной, и даже на лужайке в саду. Шкаф был на седьмом небе от счастья. Он не знал, что такое мода, но был уверен, что таким он прослужит этой семье не одну сотню лет. Ведь, слава Богу, мода на Колыбельки не меняется никогда.

Жизнь текла дальше. Липушата бегали по саду, и им поставили еще четыре нарядных розеточки на кухне. Дети вернулись на каникулы повзрослевшими и умненькими, а Папа и Мишель подстрелили престарелого зайца, скорее, оказав ему этим услугу. Но тем не менее были так пристыжены Мамой и Ситой, что ружья навек были повешены на турецкий ковер в кабинете. Кошмарик больше никогда не колдовал и все больше спал в своем кружевном гамачке. А Шкаф покачивал Маленького и ждал лета. Ведь он его еще никогда не видел так близко.

@темы: Детская Сказка

URL
Комментарии
2012-03-30 в 17:47 

небо над проводами [DELETED user]
Доставило удовольствие.

2012-03-30 в 18:08 

Плетущий Сказки
Сказка, дело серьезное.
~skolopendra~, Доставить удовольствие сколопендре, это великое исскуство)). Я рад, что вам понравилось).

URL
2012-03-30 в 19:35 

небо над проводами [DELETED user]
Из ваших слов следует, что вы великий искусник))

2012-03-30 в 19:46 

Плетущий Сказки
Сказка, дело серьезное.
~skolopendra~, и скромник))). Точно-точно))).

URL
2012-03-30 в 21:29 

небо над проводами [DELETED user]
Не считаю ни первое, ни второе пороком) Порок в вас вижу пока только один...

2012-03-30 в 21:56 

Плетущий Сказки
Сказка, дело серьезное.
~skolopendra~, Отсутствие грамотности?

URL
2012-03-30 в 22:15 

небо над проводами [DELETED user]
Вы приятно изумляете меня своей прозорливостью. Знание собственных пороков - ещё одно великое искусство.

2012-03-30 в 22:21 

Плетущий Сказки
Сказка, дело серьезное.
~skolopendra~, Бета до меня добертся рано или поздно. Тут прошу меня простить из школьного образования всего три класса. Школу оканчивал экстерном).

URL
2012-03-30 в 23:09 

Плетущий Сказки
Сказка, дело серьезное.
~skolopendra~, Сегодня, нет)). После третьего класса я разумно предположил, что сие заведение ничего толкового мне не даст и появился под крышей отчего дома только в 19 лет).
Не жалею, кстати. Старший ребенок сейчас то же на экстернате и счастлив)).

URL
2012-03-30 в 23:37 

небо над проводами [DELETED user]
Что ж, приму пока как допущение/данность. Остальные личные вопросы позже. Если позволите.
Что до конкретно этой сказки, написана вполне грамотно, поэтому в глаза не бросилось вовсе. Только ошибка в комментах.
Почитала предыдущие тексты - да, поняла, о чём вы говорите.
В принципе, не против взять тексты на чисто грамматическую вычитку.

2012-03-31 в 00:25 

Julcherry
Всем хорош сад камней. Жаль, цветет редко.
Плетущий Сказки, это моя любимая сказка у тебя. Самая любимая, самая уютная, с запахом моего детства. Помню, как читала её в первый раз - поверь, зачитывалась, не замечая ошибок и опечаток. В этом твое волшебство)))

2012-03-31 в 01:35 

Плетущий Сказки
Сказка, дело серьезное.
~skolopendra~, Всегда пожалуйста, буду рад общению. А на тему текстов, это очень тонкая тема в нашей семье и обычно это делает моя жена)). Отдача текста в другие руки приравнивается к супружеской измене)). Поскольку пока мы оба в двух сольных проектах, то до сказок руки не дошли,но это дело времени).

Julcherry, Я маг и волшебник))).Спасибо ,Люлю Санна)))

URL
2012-03-31 в 02:05 

небо над проводами [DELETED user]
Ну раз бета уже есть, то устраняюсь)

2012-03-31 в 12:38 

Erless
Плетущий Сказки, вы действительно великий искусник) Такая теплая, уютная, добрая сказка. Герои получились очень живыми. Наверно, не ошибусь, если предположу, что Кошмарик - отражение самого автора?)

2012-03-31 в 13:38 

Плетущий Сказки
Сказка, дело серьезное.
~skolopendra~, Только не до конца))).
Erless, Ну что вы, куда мне до Кошмарика.)))) Я скорее, тот самый мальчик Александр в последней части)). Если сравнивать характер).

URL
   

Паутина Сказок

главная